Rambler's Top100
Рецензии на книгу





«История еврейского народа в России: от древности до раннего Нового времени»




вернуться к списку рецензий на эту книгу



[27 ноября 2009 г.]
Yebum и смерть от бердыша
Автор: Евгений Левин, "Букник"

Книг по истории российского еврейства за последние десятилетия было не так уж и много. Навскидку вспоминаются курс лекций В. Энгеля, «Очерк времен и событий» Феликса Канделя (более, впрочем, художественный, чем научный), сборники еврейской научной периодики СНГ, «Двести лет вместе» Солженицына, пара-тройка откровенно юдофобских опусов — вот, кажись, и все. Так что выпущенную издательством «Гешарим» «Историю еврейского народа России» можно считать своего рода прорывом.
Как признают сами издатели сборника, Россия для них не ограничивается границами сегодняшней Российской Федерации, но включает все «территории, входившие в состав России в разные периоды, будь то Киевская Русь, Московское государство, Российская империя или СССР». Поэтому книга открывается статьями хорошо известного читателям «Букника» Дана Шапира о еврейских общинах Крыма, Северного Причерноморья, Северного Кавказа и сопредельных с Россией стран. Затем следует рассказ о евреях Армении и очерки об истории грузинского и бухарского еврейства. Целый раздел посвящен Хазарии — еврейскому царству в нижнем течении Волги и Дона (статьи Голдена, Петрухина и того же Дана Шапира). И лишь затем книга переходит к евреям, жившим на территории собственно русского государства — Киевской Руси. В сборнике эта тема освещена сразу с двух точек зрения: Владимир Петрухин пишет о еврейской теме в дошедших до нас древнерусских текстах, а его коллега по сборнику Александр Кулик — о свидетельствах еврейских источников (галахических респонсах, деловой и дипломатической переписке, отчетах о путешествиях): В нескольких средневековых текстах упоминается еврейский мудрец по имени Моисей Киевский. В Книге Праведного о нем говорится как об ученике Рабейну Тама. Упоминание о нем есть также в респонсах р. Меира бен Баруха (Махарама) из Роттенбурга (1215-1293), и, вероятно, в Книге Оникса под именем Моисей из Руси фигурирует именно он. В Книге Оникса упоминается, кроме того, еврей из Чернигова (второго по значимости города и княжества на Руси, игравшего важнейшую роль в речной торговле с Западом). Это р. Иче [Ица?] из Чернигова, один из учеников р. Иехуды Хасида из Регенсбурга (XII в.) Иногда р. Иче отождествляют с Исааком Русским (Ysaak de Russia) из английских источников того времени, датируемых 1180-1182 гг. Р. Иче не только происходил из Чернигова, но и знал разговорный язык: в Книге Оникса приводится предложенное им толкование древнееврейского (yebum) — «левиратный брак», основанное на семантике близкой по звучанию славянской формы: «Р. Иче сказал мне, что в стране Тирас, т. е. на Руси, совокупление называют yebum».
До середины XVIII века евреев в России практически не было — свой «еврейский вопрос» империя получила после трех разделов Речи Посполитой, приобретя вместе с украинскими, белорусскими и литовскими землями их многотысячное еврейское население. Поэтому статью о польско-литовском еврействе автор Юдит Калик назвала «Будущее российское еврейство». Впрочем, описывая еврейские реалии Речи Посполитой, исследовательница, насколько возможно, старалась увязать их с событиями русской истории — например, с российской Смутой, начавшейся в конце правления Годунова.
Говоря о еврейском участии в тех событиях, обычно вспоминают Лжедмитрия II, который якобы был евреем и возил в обозе Талмуд. Разумеется, это всего лишь легенда (вернее, «черный пиар» противников Тушинского вора). Однако, как показала Калик, в русской смуте активно участвовали десятки вполне реальных евреев — снабженцев и интендантов польской армии. При этом некоторые из них пропадали без вести, заставляя польских раввинов ломать голову над сложной галахической проблемой, можно ли признать их погибшими, дабы их жены не оставались соломенными вдовами.
Впрочем, не все польские евреи «торговали в рабкопе»: кое-кто брался за саблю и сражался бок о бок с поляками или даже запорожскими казаками. Так, некто Бераха (видимо, Борух) «служил в войске с тремя конями и скакал дважды или трижды перед строем», и после своей гибели был оплакан товарищами-запорожцами:
Подробное описание геройской гибели Берахи мы находим в респонсе Йоэля Сыркиса: Моше, сын Иосифа, дал показания в суде, и сказал; мы 11 домохозяев, были в войске, когда выскочил из наших рядов один еврей и проскакал в сторону Московитов дважды или трижды. Они выстрелили в него из орудия под названием бык, и я видел, как его ударили в спину ландуком… Потом воевода собрал своих людей, чтобы сосчитать погибших, и сказал: «Ой быстрому наезднику еврею Берахе, погибшему от удара бердыша».
Начиная с XIX века дальнейшее развитие еврейской культуры шло под колоссальным влиянием русской литературы. Однако на заре русской истории (IX–XIII вв.) ситуация была прямо противоположной: переводы еврейских книг закладывали основу русского литературного канона, в значительной степени определяя вектор дальнейшего развития русской культуры. К сожалению, в «Истории еврейского народа» этой теме уделено не слишком много внимания — в сборник вошел только очерк о русских переводах Библии, тогда как русским книжникам были хорошо известны и еврейские апокрифы, и сочинения Иосифа Флавия, и даже отдельные талмудические сюжеты.
«История еврейского народа России» задумана как многотомный проект. Первый том закончился на самом интересном месте — как раз когда в России появилось значительное еврейское население с собственной хорошо документированной историей и культурой. Разумеется, литературы об этом периоде гораздо больше, однако если издателям удастся привлечь ученых такого же калибра, что и для первого тома, даже тех, кто в теме, ждет немало открытий чудных.